Вдова казанскаяВот опубликованная в одной из региональных газет личная учетная карточка Джугашвили Марии Игнатьевны. С небольшой фотографии смотрит молодая, красивая женщина с пышной копной темных волос. В соответствующих графах отчетливо видно, что родилась она 25 октября 1930 года в селе Мазеповка Рыльского района Курской области. Из публикации можно узнать и о некоторых других биографических данных: в Рыльском же районе Мария закончила семь классов средней школы, по профессии – медсестра, стаж исчисляется с 1949 года, последнее место работы – клиническая больница №23 города Москвы.Та учетная карточка была заведена на казанском авиационном заводе, числившемся секретным почтовым ящиком №296, поскольку там выпускали приборы для ракет и космических кораблей. Именно туда Марии удалось устроиться на работу после смерти Василия (на зарплату медсестры с двумя детьми прожить было трудно). Пришла она на завод ученицей радиомонтажницы, но благодаря упорству и природным данным вскоре стала самостоятельным, квалифицированным специалистом, работающим по категории «самоконтроль» (на подобном предприятии это дорогого стоит). «Работящая она была, добросовестная. Молчаливая, скромная, – вспоминает зам. генерального директора по кадрам ОАО «Элекон» (так сейчас именуется завод) Равиль Мингалиев. – Я в то время сам радиомонтажником работал и вместе с товарищами дивился: ну надо же, как может круто повернуться жизнь людей, приближенных к сильным мира сего».На этом заводе Мария проработала несколько лет и уволилась лишь в марте 1965 года. Как пишут, наступила брежневская эпоха, на улицах вновь стали появляться портреты Сталина, и ей представилась возможность вернуться в Москву.Но это было потом, а как все же судьба свела простую рыльскую девчонку с сыном самого Сталина, пусть и опальным, но все же очень известным авиационным генералом? Ответ на этот вопрос, хотя и со «своей колокольни», дает сестра Василия, которая никогда не питала к Марии дружеских чувств. Вот что пишет Светлана Аллилуева: «О том, что она была платным агентом КГБ, знали (и предупреждали меня) в Институте Вишневского, где она работала и где Василий лежал некоторое время на обследовании…Там его и «обворожила» эта женщина, последовавшая затем за ним в Казань, где она незаконно вступила с ним в брак. Незаконно, так как мой брат не был разведен еще с первой своей женой»…В этой цитате неоспорим лишь факт встречи Марии с Василием. Она действительно работала в Институте Вишневского, а он лечился там после «отсидки» во Владимирской тюрьме. Все остальное, как минимум, подвергается сомнению. Исследователи возражают Аллилуевой: мол, не ей рассуждать о законности брака, если сама вышла за Юрия Жданова, не разведясь с первым мужем. Что касается связи Марии с КГБ, то по этому поводу никаких данных не обнаружено.[IMAGE=1]Вообще вокруг этого брака распространено много сплетен и небылиц. Говорили даже о том, что «медсестра-жена-агент КГБ» якобы сделала Василию «смертельный» укол. На это, в частности, намекали еще одна из его казанских сожительниц, а также дети от первого брака. Их намерения в общем-то понятны: первой не хотелось «отдавать пальму первенства», вторым же было стыдно поверить в то, от чего на самом деле умер их отец. Скончался же он, как сказано в акте о смерти, от острой сердечной недостаточности на фоне сильной алкогольной интоксикации. Если бы Мария Игнатьевна действительно была причастна к кончине сына вождя, как тогда объяснить такой факт: незадолго до этого она спасла Василия после того, как он, выпив «ерша» (литр вина и литр водки), попал в реанимацию. Наверное, и это имели в виду журналисты, когда писали о том, что «она не бросила сына вождя».Повторимся: до истины в подобной истории докопаться трудно. Доподлинно же известно следующее. К моменту знакомства с Василием Иосифовичем Мария Игнатьевна (в девичестве Шевергина) носила фамилию первого мужа Нусберг. От того брака у нее было две дочери. С Василием в Казани они около года жили, официально не оформляя отношений. Известно, что тогдашние вожди требовали от него отказаться от фамилии Сталин. Лишь в январе 1962 года он согласился, и 9 числа они с Марией зарегистрировали брак, взяв общую фамилию Джугашвили. Василий удочерил ее детей Людмилу и Татьяну, которые, кстати говоря, уже сами выйдя замуж, сохранили приобретенную фамилию.Правда, жить в официальном браке Марии и Василию пришлось недолго. 19 марта 1962 года он умер. Мария пережила его на сорок лет, скончалась она в 2002 году и похоронена на Троекуровском кладбище в Москве. Лишь после этого дочерям Марии Игнатьевны удалось получить разрешение на перезахоронение праха Василия Иосифовича. Его перевезли из Казани в столицу. И теперь они покоятся вместе на том самом Троекуровском кладбище под одной фамилией Джугашвили.На родине,в МазеповкеЭта округа славится не только в Рыльском районе. Красивая природа, лес, река, благодатные земли… Недаром же на них положил глаз гетман Мазепа. Сюда до сих пор тянутся люди даже из столицы, чтобы прикупить обветшавший домишко и сделать себе что-то вроде дачи. А охотники давно облюбовали эти места, чтобы отвести душу в богатых дичью и зверьем угодьях.Вот только глава сельсовета Сергей Лысенко, похоже, уже и не совсем рад красотам, их заслонили многочисленные проблемы. «Раньше, – говорит, – в одной Мазеповке было больше людей, чем в двух других наших селах. Сейчас же там осталось лишь около полусотни жителей». Их нуждами и заботами главе приходится заниматься чуть ли не каждый день. Когда мы общались последний раз, Сергей Васильевич только что вернулся из Мазеповки – ездил туда устранять поломки на водонапорной башне.Чем ближе подъезжаешь к селу, тем, действительно, отчетливее видны следы времени. Вот на окраине полуразрушенные помещения бывшей крупной животноводческой фермы. Чуть дальше так и не восстановленная после эпохи безбожия, судя по всему, некогда красивая каменная церковь. То там, то здесь встречаются наглухо заколоченные дома. А из труб обитаемых по утрам вьются дымки – тут по старинке топятся дровами, газ сюда пока не пришел.Вместе с главой мы вспомнили нашу предыдущую поездку сюда. Тогда у дома бывшего директора ДК, а ныне пенсионерки Надежды Алиповой собралась группа пожилых женщин. С ними мы и пытались восстановить родственные связи Марии Игнатьевны Шевергиной, обнаружить ее след на родной земле. Поначалу это удавалось с трудом – ведь Мария уехала отсюда вскоре после войны. Но потом общими усилиями «вычислили», что сравнительно недавно в селе жила ее двоюродная сестра Полина Никифоровна. К ней и наезжала временами Мария. «Как едет целая вереница машин, да с охраной», – вспоминали женщины. Потом оказалось, что подолгу гостит в Мазеповке приезжающий из Москвы сын Полины Никифоровны, то есть двоюродный племянник Марии, он и материнский домик на себя переоформил, привел его в порядок. А еще одна двоюродная племянница Валентина живет сейчас в Железногорске. Женщины тут же связались с ней по телефону. «Я точно знаю только одно, – рассказывала Валентина. – Тетя моя действительно была замужем за Василием Сталиным. А в подробности нас никто не посвящал».«Жаль только, – продолжали женщины, – дочерей Марии мы не видели. Говорят, в Марьино отдыхать приезжали… Да вы спросите у Тамары Андреевны Гапоновой, она ближе была к этой семье».Тогда мы так и поступили. 80-летнюю Тамару Андреевну застали дома. Возраст и болезни уже в то время не позволяли ей отлучаться далеко. Увы, годы безжалостны, Тамара Андреевна не так давно скончалась. Она хорошо помнила те далекие годы, а ее бодрый еще голос надежно хранит диктофонная запись. Оказалось, Тамара Андреевна с первого класса дружила с младшей сестрой Марии Ниной Игнатьевной и даже, когда последняя уехала в Ростовскую область, не порывала с ней связи, переписывалась, общалась при встречах. Поэтому ее рассказ добавил новых штрихов: «Отец Марии и Нины Игнат Васильевич дружил с моим отцом. Он работал в милиции, был не только справедливым милиционером, но и очень хорошим человеком. Прекрасно помню и мать, привлекательная такая женщина. Мария на нее была похожа, помню, приехала она как-то, идет по селу – писаная красавица. Родители ее тоже в Москву перебрались, там и похоронены. Жаль, домик их не сохранился, сгорел при пожаре… Нина немного, но рассказывала мне, как Мария с Василием жили в Казани. Ютились в бедности, в однокомнатной квартире. Он сильно пил, что его и сгубило…»Судя по всему, и после смерти Василия, уже живя в столице, Мария не порывала связи с малой родиной. Это подтверждает еще одна жительница Мазеповки, некогда прославленная доярка местного колхоза Мария Николаевна Косухина: «Примерно в середине 70-х годов я гостила у своей племянницы в Москве. Узнав про это, нас пригласила к себе Мария Игнатьевна. К тому времени у нее была хорошая квартира. Помню, в одной из комнат висел большой портрет Иосифа Виссарионовича Сталина, а в шкафу за стеклом стояла красивая фотография Василия. Мария рассказывала, как трудно было ей после возвращения из Казани, как в это время им помогали грузины…»Такая судьба у этой мазеповской женщины. Удачная или нет – судить не нам.
Больше новостей в нашем Telegram-канале «Курская правда», канале в МАХ и соцсетях «ВКонтакте» и «Одноклассники».