Газета "Курская правда". Всегда актуальные новости в Курске и Курской области. События и происшествия.

Выживание на войне – это просто случай

Газетный выпуск № 2021_147
09 декабря 12:33 Общество

Интервью с почётным председателем Союза десантников Курской области полковником в отставке Анатолием Щербаковым

9 декабря в России отмечается День Героев Отечества. Эта дата своими корнями уходит во времена императрицы Екатерины II. До 1917 года в начале декабря праздновали День георгиевских кавалеров, учреждённый ею в 1769 году в честь высшей воинской награды – императорского Военного Ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия.

В 1943 году, в разгар Великой Отечественной войны, был учреждён Орден Славы, близкий по своему значению к Ордену Святого Георгия. В 2007 году по инициативе депутатов Государственной Думы полный статус ордена, как и День Героев Отечества, вернулся в Россию.

Накануне праздника наш корреспондент встретился с ветераном Великой Отечественной войны, почётным гражданином городов Курска, Олонца и Лодейное Поле, почётным председателем Союза десантников Курской области полковником в отставке Анатолием Щербаковым.

– Расскажите, как вы попали на фронт, где приняли первый бой и когда?

– Я не сразу попал на фронт. Меня отправили в Барабинск, там я окончил полковую школу, стал бойцом 230-го отдельного лыжного батальона. В декабре батальон погрузился в эшелон, мы поехали на фронт… Нас высадили на станции: огромное поле, местность, которая была оккупирована немцами, когда они в октябре подходили к Москве, а потом – декабрьское контрнаступление Красной Армии, разгром немцев под Москвой, их погнали на запад.

Мороз 40 градусов, заснеженное поле и дорога. Около дороги навалом разбитой техники: танков, орудий, повозок. Чего только там не было! Трупы ещё лежали на полях – наши, немцы… Я впервые увидел лицо войны. На меня тогда наплыл просто ужас, моя детская психика не выдерживала этого страшного вида. Я ведь представлял, что со штыком иду на врага, а он разбегается от меня в разные стороны. Но я уже был командиром миномётного расчёта, у меня было 4 человека подчинённых. Показывать, что я ошарашен увиденным, нельзя.

А потом, после боёв, моя психология стала меняться: в одном бою уцелел, в другом уцелел, у меня мысль такая стала возникать, что всех убьют, а меня ни за что! Я останусь в живых. Все боялись смерти. Все боялись погибнуть. Все защищали свою жизнь. Верующих было полно. Многие ладанки с собой брали, землю родную, просто иконки, заветы родительские хранили.

Вот так вспоминаешь, сколько было случаев: снаряд рядом разрывался – я жив, а тот, кто был рядом, погиб от осколка. Просто случай…

– И всё-таки без трёх ранений не обошлось…

– Первый раз я был ранен в бою при освобождении деревни Верховье Смоленской области. Мне было неполных 17 лет. Осколок попал в плечо, прошил мягкие ткани. До сих пор иногда возникают боли. Этот осколок я проносил 40 лет. В 1982 году в курском госпитале мне его изъяли. Я прошёл Великую Отечественную войну со смертью в обнимку на трёх фронтах: Калининском, Карельском и 3-м Украинском. В 1944 году меня отправили учиться на офицера в Томское артиллерийское училище.

– А где вы встретили долгожданный День Победы?

– В Венгрии. В марте был ранен, лежал в госпитале. Поскольку помещений для госпиталя не было, нас распределили по пустым домам – хозяева сбежали от страха. Однажды ночью открылась страшная стрельба, мы всполошились: если десант, надо как-то защищаться.

Нас в помещении было трое. Один более-менее выздоравливающий пошёл узнать, в чём дело. Минут 30, наверное, прошло, наконец он прибегает, глаза огромные… Мы сразу-то и не поняли ничего, говорим: «Что случилось?». Он: «Случилось!» – «Да что случилось?» – «Случилось то, что война закончилась!». Мы как стояли, так и сели. Ощущение той минуты было такое… Огромная радость позже пришла, а в тот момент какой-то спад нервного напряжения произошёл, как будто какая-то кольчуга свалилась с плеч.

После выписки нашёл свою дивизию, она была в Чехословакии. Мы совершили марш в Венгрию, там дождались 1946 года, в январе поступила команда – «в Россию!»

Мы тогда не представляли, что происходит у нас в стране. Прошли по Европе – следы войны были. Но когда пересекли границу, увидели, что сделала война с Россией… Сожжённые дома, страшная разруха, голодные ребятишки.

Мы приехали в центр России, в Муром. Думалось, скоро пойдём на танцы, познакомимся с девчонками. Мечта такая на фронте была. Старшие вспоминали свои семьи, жён, детей. А у нас в мозгах были танцы с девчонками. Но не успели мы в Муроме обжиться, как нас снова погрузили в вагоны, и через весь наш Советский Союз поехали мы на Дальний Восток. И оказались мы в 12 километрах от советско-китайской границы. В разрушенном гарнизоне, среди сопок. Приуныли.

Рассчитывали, что будем в России где-то в городе служить. Чтобы развеселить всех, я сказал: «Ребята, десантникам не положено падать духом, не положено тужить. Во всём надо находить положительное. Здесь, на Дальнем Востоке, первые 20 лет будет трудно, потом привыкнем». Вот так я определил свою послевоенную судьбу. Туда я прибыл младшим лейтенантом в 1946 году, а уехал оттуда подполковником в 1967-м. 21 год служил по отдельным гарнизонам, там женился, родились дочь и сын.

Оттуда перебрались с семьей в Курск. Здесь многое напоминало о войне. В душе у меня война осталась, она снова и снова возвращается в кошмарных снах, болят старые раны. Очень хотелось молодым передать наш патриотизм. Стал я на военной кафедре в Курском политехническом институте (ныне ЮЗГУ) начальником цикла тактики и воздушно-десантной подготовки, готовил офицеров-десантников. На учебных сборах совершали парашютные прыжки.

– Всё же крепкая у вас сибирская закалка: 376 прыжков с парашютом! И долголетием Бог не обидел: 96 исполнилось!

– И если бы не ковидная пандемия (кстати, я в первых рядах привился), мы бы продолжали встречаться с жителями карельского города Олонца до сих пор. Советом ветеранов в 1946 году было принято постановление: каждые 5 лет посещать места былых боёв и отдавать дань памяти нашим погибшим товарищам. Начиная с 1949 года каждые 5 лет мы приезжали в Олонец. Посещали не только места боёв, но и школы. С годами нас приезжало всё меньше и меньше.

В 2009 году всего семеро приехало, я выступал на митинге, потом подошёл к ветеранам посоветоваться, спросил, кто из них приедет в 2014 году? Все молчали, ни у кого не было уверенности, у меня тоже. Мы тогда дали клятву: кто из нас останется живой, если даже он не будет ходить, должен приползти сюда и отдать последнюю дань погибшим.

В 2014 году я оказался один… До 2019-го мы с дочерью Светланой приезжали сюда 25 июня каждый год. Посещали и город Лодейное Поле. Планировал и в 2020-м поехать. Пока не получается…

– Вы – автор идеи памятника ветерану войны, установленного в Курске у входа на Мемориал памяти павших. Известно, что именно такое его художественное решение в своё время упорно отстаивали. Почему?

– Когда я был на международной встрече ветеранов войны в Германии, меня поразил в Трептов-парке памятник Солдату-освободителю с девчушкой на руках. Мне очень понравилась идея скульптора Вучетича: сколько бы война ни длилась, какой бы жестокой она ни была, сколько бы людей ни погибло, но жизнь есть жизнь, она остаётся.

Своими впечатлениями и идеями, каким должен быть памятник, посвящённый ветеранам войны, я поделился со скульптором из московской студии Грекова. Я сказал: «Ты обязательно создай что-то жизнеутверждающее». И он придумал: помните, в фильме «Офицеры» ветеран надевает на голову мальчишке свою фуражку…

И ещё попросил его, чтобы ветеран был внешне привлекательным. Мы сейчас уже старики, по 90 лет нам, кто глухой, кто какой, немощные, фигура некрасивая. Сделай, сказал, чтобы у него статная фигура была, развёрнутая грудь, ордена чтобы были видны и чтобы памятник был не статичным, а как бы «идущим», в движении. Ветеран ведёт мальчишку, который, по сути дела, уже надел его фуражку, он готовый защитник нашей Родины.

Я угадал мысль нашего президента, которую он высказал в одном из своих выступлений о том, что Россия имеет тысячелетнюю историю, но это не значит, что мы должны её кормить пилюлями, мы обязаны сделать Россию молодой. Вот эту мысль я и вложил в памятник. Ветеран ведёт пацана в будущее, в молодую Россию.

– В этом году вы написали обращение к молодёжи, которое 9 декабря прочитают на уроках мужества в школах. Расскажите о нём подробнее.

– Я старался в этом обращении высказать свои мысли. Главное, чтобы молодые сейчас прилежно учились, а не сидели в интернете, где интересно, но ума это не добавляет, больше читали, уважали своих учителей. России нужны умные, талантливые люди во всех областях экономики. Это связано с тем, что сейчас по инициативе президента Россия осуществляет технологический прорыв в будущее. Или мы на новой технологической основе прорвёмся до передовых стран, или останемся в числе отсталых.

Надо любить свою историю, гордиться ею. Историю эту будут творить и продолжать молодые – это важная миссия. Я предлагаю им опереться на наши жизни, в них есть опыт преодоления любых препятствий.
Принять нашу волю к победе, наши мужество и веру в справедливость борьбы, понять меру ответственности каждого за судьбу нашего Отечества.

Беседовала
Людмила КУТЫКИНА
Фото из архива
Анатолия ЩЕРБАКОВА



Обсуждение ( 0 комментариев )

Читайте также