Пойдём за Синей птицей

Евгения Стрелкова. Кони

Первый вопрос, который возник у меня при посещении в выставочном зале имени К. Малевича выставки «Свои пути»: «А каков главный критерий в оценке произведений изобразительного искусства?» И после некоторого размышления я пришёл к выводу, что сводится он к «нравится/не нравится», то есть к субъективизму, вкусовщине. Но это только первая ступенька, потому что дальше идёт вопрос: «А почему нравится/ не нравится?» Потому что художник умеет/не умеет создавать образ, настроение, умеет/не умеет мыслить. И вот отсюда вытекает определяющий критерий, что должен уметь художник…

Ирина Воронцова. Пойдём за Синей птицей

Так вот, две главные составляющие для художника – мышление и умение. При отсутствии одной из них нет художника. Для начала художник должен просто уметь рисовать, а уж потом… «свои пути». Чтобы вслед за Остапом Бендером не приходилось спрашивать: «Киса, скажите мне как художник художнику, вы рисовать умеете?»

Много спорят – восторгаются или проклинают – об авангарде, абстракции, но забывают, что и Кандинский, и Малевич, и Марсель Дюшан, который выставил писсуар в качестве объекта искусства, рисовать умели. И Пикассо начинал вовсе не с хаоса трёхглазых «красавиц», и даже не с кубизма, а с качественно выполненных, умело нарисованных работ.

И прежде чем говорить обо всех этих первоматериях – чёрных квадратах и цветовой размазне, – не помешает задуматься о смысле всего этого. Идти ведь можно осмысленно, а можно вслепую. Кто из спорщиков удосужился заглянуть в трактаты того же Малевича, прежде чем ругать или восторгаться? Проштудировал ли кто трактаты Кандинского о линии и точке на плоскости, о духовном в искусстве? Так в чём же смысл?

Екатерина Ребежа. Хозяйка запретного леса

Начнём с того, что абстрактное или беспредметное искусство можно уподобить беспредметному разговору. То есть разговору ни о чём. Потому что предмет – это не только изображаемый образ, но и определяющий смысл. В предметном искусстве образ определяет смысл. А в беспредметном? Если нет образа, то где-то в глубинах должна быть какая-то компенсация. Иначе не только беспредметность, но и бессмысленность. Так, в орнаментике компенсацией предмета является принцип симметрии – упорядоченный строй. Как в музыке.

А вот ещё пример – работы курской художницы Ирины Воронцовой, одной из участниц выставки «Свои пути». Можно сказать, что вместо предмета здесь глагол – действие, движение, стремление к визуальной красоте, гармонии путём цветовых сочетаний. Её работы подобны какому-то красочному фейерверку, иллюминации, полярному сиянию. То есть место предмета здесь занимает гармонический ряд, упорядоченный строй, он является смыслообразующим.

Светлана Шведюк. Подсолнухи для мамы

А если нет ни предмета, ни его компенсации, тогда нет и смысла, и это просто ни о чём.

Компенсацией предмета может быть также концепция (концептуализм). И тут всё дело в том, что это за концепция? Она действительно имеет смысл или это обман, разводняк?

Наглядными примерами одного и другого могут служить наши старые знакомцы – Кандинский и Малевич. Концепция Кандинского – уход вглубь и растворение… Здесь трудно что-либо утверждать – сумасшедший он или вполне нормальный, но, по-моему, смысл там есть (тут требуется большое исследование, погружение в тему).

А вот концепция Малевича называется супрематизм. И уже само название (от лат. supremus – «наивысший») – очевидная распальцовка, понты. И ещё: Малевич вовсе не абстрактное искусство. Абстрактное искусство – это Кандинский. Малевич – это движение задом наперёд, в минус-пространство (что я пошагово проследил в своём недавнем свободном изыскании, с ним можно ознакомиться в сети).

Олег Горяинов. Морская фантазия

И вот теперь, когда мы более-менее уяснили смысл предмета или отсутствия оного, можно говорить о том, что нравится и почему (о том, что не нравится, говорить пока не буду).

Притягивает взгляд «Падение империи» Евгении Стрелковой. Смысл здесь – крушение исторической России и переход к советскому новообразованию. Это под стать поэме Блока «Двенадцать» или роману Артёма
Весёлого «Россия, кровью умытая». Колорит соответствующий – кирпично-оранжевый. Соединение всех аспектов – внешних и внутренних – создаёт мощный энергетический заряд.

Хороши её же «Кони» – эта работа более абстрактна в смысле идеи – но интересна именно зримым переходом в абстракцию, в смысле не беспредметности, а первообраза, платоновского эйдоса. Вот эти абстрактные кони и есть как бы первоидея всех конкретных коней.

Елена Россинская. Единение

О находящихся рядом работах Ирины Воронцовой я уже говорил. Несмотря на беспредметность, невооружённым глазом в них видна рука мастера, а названия: «Пойдём за Синей птицей», «Венок сонетов», «И никто над цветами не властен» – вовсе не с потолка взяты, а реально соответствуют содержанию.

В этом же блоке представлена Елена Россинская: символическое «Единение» и беспредметная «Сказка странствий». По двум этим работам затрудняюсь делать выводы, но могу сказать одно: мысль у автора есть.

Что ещё понравилось? Между Филоновым и Дюшаном – так бы я определил растворяющихся в потоке людей на диптихе Ирины Слуцкой «Человек в цикле». «Подсолнухи для мамы» Светланы Шведюк – о том, как чисто реалистическое изображение фокусирует в себе высший символ – Солнце. Это как икона – туннель между мирами. Впечатляет гиперреализм «Коренной пустыни» Олега Горяинова и его же графическая «Морская фантазия». Это просто красиво.

Евгения Стрелкова. Падение империи

И, наконец, Екатерина Ребежа – «Хозяйка запретного леса», «Дивно-птица» – два автопортрета в русском фольклорном декоре. Эффект определяется соединением автореализма с русской народной сказкой, русской мифологией. Тут либо автор входит в изображаемое пространство, либо оно входит в автора. А так как нарисовано всё очень красиво, красочно, со знанием дела (и формы, и содержания), это создаёт эффект. Плюс, конечно, мощная женская энергетика…

Так что же определяет настоящего художника? Свой взгляд, своя концепция, своя мысль – это само собой разумеется: если этого нет, то нет и художника. Но всё это – и взгляд, и мысль, и концепция – должны иметь соответствие в большом мире, макрокосме. И тут уже копай глубже, поднимайся выше. И если художник осмысленно нашёл свой путь, то в результате из его работ складывается интегральная мозаика. На выставке представлены по две-три работы, но и по ним уже можно увидеть, кто куда идёт…

Олег КАЧМАРСКИЙ