Эффект Руднева

Его картины притягивают как магнит. Он нравится всем. Вот два главных вывода, к которым приходишь после посещения открывшейся в Курском краеведческом музее персональной выставки народного художника России Леонида Руднева. В чём же здесь секрет? Как, благодаря каким качествам ему такое удаётся?

– В своих работах он отображает природу нашего края, само название выставки – «Пою, пишу, люблю мою Россию» – говорит о том, что на его полотнах – наша Родина, – отмечает куратор выставки, главный хранитель музея Елена Алфёрова. – Главный посыл его работ в том, чтобы каждый человек осознал, как он относится к своему краю, как он его видит, как ощущает. Руднев замечательно делает это своими яркими глубокими картинами, его колористическое звучание настолько сильно, что захватывает зрителя с первого взгляда.

А вот что говорит сам мастер: «Научиться видеть широко и думать – вот что главное для художника, музыканта, писателя. Когда на что-то смотришь, просто надо быть внимательным», – и эти слова Леонида Ивановича по праву можно считать как его собственным творческим кредо, так и заветом молодым художникам.

Видеть, думать и, конечно, работать. Работоспособность Руднева воистину поражает: смолоду и поныне – в свои 88 – он целые дни проводит в мастерской. Что же касается его творческой манеры, то об этом стоит поговорить подробнее, поскольку именно здесь заключён тот самый секрет, с которого мы начали.

Явление художника Руднева местному зрителю – отчётная художественная выставка – состоялось в Курской картинной галерее в далёком 1966 году. И сразу же – повышенный интерес, о чём спустя годы свидетельствует его друг и коллега Виктор Жилин:

«Представьте себе, как в старые залы картинной галереи с привычной спокойной тональной академической живописью вдруг ворвалась живопись с яркими вихрями света и цвета. Засияли музейные стены пейзажами солнца, природа на полотнах засверкала каплями осеннего тумана, синие небеса наполнились стаями белых облаков, расцветились холсты радугами весенних и летних гроз. Выставка вызвала бурные споры и различные суждения, были здесь и яростные защитники творчества Леонида Руднева, нашлись, естественно, и свои критики. Выставка была настолько яркой и необычной по своей колористической и художественной интерпретации природы, что не оставила равнодушными сердца зрителей. Нежной любовью к своей Родине, надеждой на её будущее, восхищением красотой русской природы наполнены пейзажи Леонида Ивановича».

Вспомним, однако, что это время официального господства соцреализма. Члены Союза художников обязаны были работать только в этом направлении, по этой же причине Руднева до сих пор причисляют к соцреализму. Но что такое соцреализм? А это прежде всего идеология: в своём творчестве советские художники должны были давать образцы социального развития, на которые можно было бы ориентироваться зрителю. Рабочие будни, передовики производства, идеологически выверенные и психологически правильные поступки. Девиз: вот как надо!

Но имеет ли к этому какое-то отношение Руднев? Главными для него жанрами всегда были пейзаж и натюрморт. Какой тут может быть соцреализм? Конечно, при желании можно и у него найти социальную тему: вот, например, известная картина «Деревня строится». Но дело в том, что это тот же пейзаж, вернее – человек в пейзаже. Движение здесь не психологическое, не социальное, а чисто естественное.

Что же касается пейзажа: на какую технику ориентировались в эпоху соцреализма? Чтобы обновить это в памяти, достаточно вбить в поисковик словосочетание «советские пейзажисты». Видим множество великолепных мастеров – Николай Ромадин, Семён Чуйков, Георгий Нисский, Василий Мешков, Константин Юон, Аркадий Рылов, – каждый со своим индивидуальным стилем, с элементами романтизма, декоративности. А также импрессии, но в этом – до определённого предела. Был предел, за который нельзя было переходить по той причине, что это путь – импрессионистского размывания изображения, – ведущий от предметности к беспредметности, то есть к абстракции.

Левитан, Поленов, Саврасов, Шишкин – вот главные ориентиры, во главе угла здесь точность изображения, а не импрессионистическая размытость. И вполне логично, что Левитан – это точка, от которой оттолкнулся Руднев, что хорошо видно по некоторым его работам. Но глядя на другие – наверняка более поздние, – на ум приходят не иначе как Ван Гог или Клод Моне. То есть перед нами импрессионизм советского разлива. Понятно, что это не Франция – не те энергии, не те настроения. Хотя… у нас ведь был ещё и Куинджи – тот, который писал свет…

Но чем схож Руднев как с соцреализмом, так и с импрессионизмом, так это отсутствием негатива. Он абсолютно позитивен. При желании в этом можно найти уход от жизненных проблем – и, как следствие, утрату интриги, внутреннего движения. Но на примере Руднева видим не столько отсутствие интриги, сколько её преодоление – выход за пределы дуализма, к абсолютной цельности. Это можно сравнить со стихами о природе Пушкина – например, об осени:

«Унылая пора! Очей очарованье! Приятна мне твоя прощальная краса – Люблю я пышное природы увяданье, В багрец и в золото одетые леса, В их сенях ветра шум и свежее дыханье, И мглой волнистою покрыты небеса, И редкий солнца луч, и первые морозы, И отдаленные седой зимы угрозы».

Тут есть движение, но оно происходит не в мире человеческих страстей, а по ту сторону добра и зла. Это природа сама по себе: и гроза, ураган, увядание, зима – это ведь вовсе не зло, а состояние природы.

Посему вывод: Руднев жил в эпоху соцреализма, но к этому направлению никак не относится. Целиком и полностью это художник природы, а природа – вне разделённости и вне идеологии. При этом его пейзажи – вовсе не этюды пленэрные, а вполне законченные цельные картины. И притягивают они именно законченностью мысли. Это целостное видение, корпусное письмо, когда схватываются не отдельные детали, а картина в целом. Это импрессионизм советской эпохи, где главное – первое впечатление, неразрывно соединяющее художника (а через него и зрителя) с изображаемым объектом, будь то пейзаж, портрет или натюрморт.

Он достигает состояния абсолютной естественности, природности. Причём вовсе не фотографической точностью, не гиперреализмом. Мы начали с того, что он нравится всем. Стоит, пожалуй, уточнить: за исключением любителей точной прорисовки – есть ведь и такие.

Тут для сравнения – как два направления реалистической живописи, причём в разные стороны – интересно вспомнить Эндрю Уайета. По колористике, прорисовке, да и по тематике тоже – его интересовали прежде всего люди, – это прямая противоположность Рудневу. Но! Разными путями они шли к одному.

Свой живописный стиль Эндрю Уайет рассматривал как комбинацию реализма и абстракции, объединённую силой его чувств. «У меня сильно развита романтическая фантазия о вещах, – сказал он в интервью, – и именно это я изображаю. Но я делаю это в реалистической манере. Если вы не можете подкрепить свои фантазии правдой, то получается очень, я бы сказал, сутулое искусство».

И ещё: «Меня время от времени обвиняют в том, что мои картины бесцветны, но колорит, который я использую, так похож на места, где я живу… Если я вижу сойку, к примеру, или что-то неожиданно яркое, красочное, мне это нравится, но смягчённые тона всё-таки лучше».

У Руднева, напротив – все обращают внимание на брызжущую через край цветовую энергию. Но при этом и у него вовсе не французский импрессионизм, в котором сознательно убрана чёрная краска, а приглушённые тона природы средней полосы России. И что самое главное – здесь та же самая «комбинация реализма и абстракции, объединённая силой чувств», о которой говорит Эндрю Уайет. Вот в этом, я думаю, и заключается «эффект Руднева», секрет притягательности его картин.

СПРАВКА «КП»

Леонид Руднев родился 9 июня 1938 года в селе Нижняя Озерна Щигровского района Курской области в обычной крестьянской семье. Отец пропал без вести под Смоленском в начале Великой Отечественной войны. Мать работала в колхозе, а во время битвы на Курской дуге рыла окопы и траншеи вместе с другими женщинами-односельчанками. Детство будущего художника прошло на лоне природы, на берегу реки Рать, среди лесов, полей, садов и бескрайних просторов среднерусской полосы. Деревенский мальчишка наблюдал, впитывал всю красоту окружающего мира, чтобы потом на своих полотнах с любовью отобразить родную землю.

В 1957 году Руднев окончил курское художественно-графическое педучилище и был направлен в Харьковский государственный художественный институт. Получив распределение в Курск, долгие годы преподавал на художественно-графическом факультете пединститута. Его имя неразрывно связано со становлением курской живописной школы 60–80-х годов.

Леонид Иванович работает в технике масляной живописи в жанрах тематической картины, пейзажа и натюрморта. В своём творчестве художник продолжает развивать лучшие традиции русской пейзажной живописи, идущие от

Левитана и Саврасова, Коровина и Грабаря, сохраняя самобытность и уникальность в изображении русского пейзажа.

Он лауреат многочисленных премий, в том числе губернаторской премии имени А. Дейнеки, удостоен золотой медали Союза художников России «За выдающийся вклад в изобразительное искусство России», награждён дипломами Академии художеств СССР и Союза художников СССР.

Его называют певцом русской земли, красоту которой он воспевает в своих произведениях. Свой восторг от природы родного края художник передаёт энергичным и ярким мазком, заставляя зрителя проникнуться завораживающей темой любви к русским полям, лесам, необъятным просторам. Рудневские пейзажи не просто колоритные, красивые, они поющие, мажорно звучащие.

По материалам Курского областного краеведческого музея

Олег КАЧМАРСКИЙ