Газета "Курская правда". Всегда актуальные новости в Курске и Курской области. События и происшествия.

«Пить или жить?» – такой почти шекспировский выбор стоит перед пациентами наркологов

Газетный выпуск № 2020_100
20 августа 14:15 Здоровье

Областная клиническая наркологическая больница – медучреждение почти с 50-летней историей. Считается, что здесь лечат только тех, кто имеет склонность к употреблению алкоголя или наркотиков. Но существует и третье направление – пациенты с неврозами. Многие больные нуждаются в безотлагательной помощи, и с начала пандемии коронавируса учреждение продолжало работу. О безопасности профессиональной деятельности при угрозе COVID-19 наш разговор с главным врачом областной клинической наркологической больницы кандидатом медицинских наук Игорем КОЛОМИЙЦЕМ.

– В прошлом году в нашей больнице лечилось около 2,4 тысячи больных, – говорит Игорь Владиславович. – В этом году первый квартал мы отработали в обычном режиме, а с 28 марта начали оказывать только неотложную наркологическую помощь, то есть всего около 30-35 процентов койко-мест в наркологических отделениях было востребовано. Плановая помощь была приостановлена, в том числе полностью в стационаре на психосоматических койках. Но те, кому такая помощь требовалась исходя из показаний к госпитализации неотложного характера, ее получали и получают в настоящее время. Необходимо отметить, что поступают такие больные в крайне запущенном состоянии: с тяжелейшей алкогольной интоксикацией, делирием (то, что народ называет белой горячкой), эпилепсией, энцефалопатией на фоне длительных многомесячных запоев. Много беспокойства доставляют пациенты с алкогольными психозами, которые до купирования такого состояния представляют определенную опасность для окружающих. Не так давно один из больных в таком состоянии вырвал отопительную батарею. Бывали случаи нападения на охранников в отделении и, к сожалению, на медицинский персонал. Зачастую, напротив, пациенты поступают в состоянии крайнего истощения – это связано с тем, что эндогенный алкоголь в период запоев фактически заменяет больному пищу.
– Игорь Владиславович, какова ситуация с наркологической патологией в Курской области по сравнению с другими регионами?
– По больным наркоманией показатель ниже, чем в ЦФО и в среднем по стране, на 25 процентов. У нас порядка 960 пациентов с наркологической зависимостью, около 6 процентов из них – женщины. Алкоголизмом страдают около 9 тысяч жителей области, несовершеннолетних среди них нет, опять же до 13 процентов больных – женщины. Здесь ситуация стабильна на протяжении многих лет: идем вровень с показателями других регионов. Но, конечно, пресловутая стигматизация явления позволяет оценивать статистические сведения с большой осторожностью: реальные данные по алкоголикам следует умножать на 2,5, по наркозависимым – увеличить в 4-5 раз. Впрочем, эта тенденция характерна для всей территории нашей страны.
– Говорят, женский алкоголизм не лечится. Это так?
– Действительно, женский алкоголизм, как и женская наркомания, гораздо тяжелее поддается патогенетической терапии. Возможно, потому, что любую привязанность, зависимость женщины чувствуют сильнее. Но нельзя сказать, что женский алкоголизм неизлечим. Это сугубо индивидуальная, очень тонкая работа, не только медикаментозное лечение, но и помощь психологов, психотерапевтов и традиционный запрет. Перед пациентом должен четко стоять вопрос: пить или жить? Больным мы рассказываем обо всех последствиях алкоголизации, развенчиваем мифы. К примеру, бытует мнение, что алкоголик обязательно допьется до цирроза печени. На самом деле это бывает не так часто, прежде всего зависимые граждане умирают от алкогольной кардиомиопатии – треть всех причин смерти, затем от острых реактивных панкреатитов, токсического поражения головного мозга…
– Как организована реабилитация в вашей больнице?
– У нас есть 15 коек для проходящих реабилитацию пациентов, находятся они здесь на стационарном лечении от 30 до 60 дней. К сожалению, отдельного помещения нет и рядом находятся больные, которые еще проходят лечение. К еще большему сожалению, часть из них расставаться с алкоголем не планирует, случаются эпизоды передачи спиртного приятелями, знакомыми пациентов: увы, обыскать каждого посетителя мы не можем. После этого больные выписываются за нарушение режима, так и не закончив полноценный курс лечебно-реабилитационных мероприятий. Функционировавшие в советские времена лечебно-трудовые профилактории давно упразднены, потому что их содержание обходилось государству недешево, но их эффективность не вызывает сомнений и подтверждена данными статистики: процент людей, возвращенных в социум за относительно короткое время, был выше. Четко отлаженный механизм работал без сбоев: если человек начинал злоупотреблять спиртным, совет трудового коллектива обращался в суд, по решению судебного органа пьющий гражданин, вне зависимости от его желания, отправлялся в ЛТП – закрытое учреждение, куда посторонние не допускались. Здесь гражданин лечился и работал от шести месяцев до двух лет. За столь продолжительное время к нему приходило осознание реальности бытия без потребления алкоголя. Кроме того, пациент профилактория зачастую получал специальность, благодаря которой, вернувшись домой, мог содержать свою семью. Это была уникальная практика, ее стоило бы возродить. Кстати, в Белоруссии такие профилактории существуют и поныне.
– Расскажите, пожалуйста, о помощи больным с неврозами.
– Примерно 15-20 процентов от общего количества пациентов нашей медицинской организации склонности к алкоголю и наркотикам не испытывают. Они поступают с депрессией, тревогой, страхами, паническими атаками, суицидальными мыслями, не являясь при этом психически больными. Более 80 процентов из них – женщины. Отдельно стоит выделить соматоформные расстройства, которые многие ученые уже поместили в разряд болезней XXI века. Пациенты, внушив себе, что у них имеется опасное заболевание, начинают ходить по разным врачам из одной больницы в другую. Им назначают обследования, зачастую безрезультатно, но окончательный диагноз поставить не могут. Пациенты впадают в панику: врачи теряют время, мне не помогут, я умру – отсюда, кстати, многие жалобы на некомпетентность врачей. На самом деле природа этого состояния в его голове, такому больному надо к нам: с ним необходимо заниматься персонально, проникнуть в лабиринты его сознания с помощью психотерапевтических методик и соответствующей медикаментозной коррекции.
– Игорь Владиславович, во многих больницах коронавирусом болел персонал. А в вашем учреждении?
– В силу специфики деятельности у нас крайне высокая степень риска в отношении заноса инфекции извне. Наши пациенты до попадания на стационарное лечение имеют большое количество коммуникаций, связанных с необходимостью ежедневной «добычи» спиртного или наркотиков. Некоторых больных приходится фиксировать, другие находятся в таком ослабленном состоянии, что не могут встать. Им требуется постоянный уход: накормить, помыть, обработать от пролежней, поменять памперс. То есть у медицинского персонала максимально тесный контакт с такими пациентами и, соответственно, высокий риск заражения. За истекший с начала пандемии период мы приняли пятерых больных новой коронавирусной инфекцией. Мы не только проводим термометрию всем поступающим, но и стараемся собирать эпиданамнез. Но дело в том, что у 60 процентов пациентов с алкогольным делирием – повышенная температура, да и выяснить такой анамнез порой невозможно из-за тяжелого состояния больного. Сразу дифференцировать причину высокой температуры мы не можем, как и отказать в госпитализации – больной может попросту умереть. Поэтому действуем по ситуации, соблюдая меры предосторожности. За все время непосредственно на рабочем месте заразились медсестра и санитарка. Обе вылечились, получили предусмотренные законом страховые выплаты и вернулись на работу. Таких случаев было бы гораздо больше, но в больнице приняты беспрецедентные меры по вопросам эпидемиологической безопасности. По соблюдению эпидрежима персоналом и обеспечению безопасности пациентов было издано 17 нормативных актов. В поликлинике разделили входы для больных и для персонала, «растянули» смены, чтобы уменьшить число контактов между сотрудниками и посетителями. У каждого работника после выходных скрупулезно вычисляли уровень риска: куда ходил, с кем общался?.. В стационаре устроили импровизированные боксы с помощью плотного полиэтилена. Обеспечили всех сотрудников СИЗ, основные из которых – респираторы 2-го и 3-го классов защиты, костюмы, перчатки, защитные экраны. Кроме того, вменили в обязанность работникам каждые полчаса обрабатывать руки кожным антисептиком из бесконтактного диспенсера. Главное – защита лица: при кашле или чихании инфицированного больного вирус опускается вниз медленно, на какое-то время он как бы зависает в воздухе. Для попавшего в такое «облако» человека вероятность заражения велика, даже если он в маске. В обязательном порядке необходим не только респиратор, но и защитный экран или плотно прилегающие очки. Весь медицинский персонал проходит тестирование с определенной периодичностью. Больница готова в полной мере возобновить прием и плановых больных.
Беседовала
Анна ЖУРАВЛЕВА



Обсуждение ( 0 комментариев )

Читайте также