Большой плавильный котёл, или Размышления о родном языке

Давеча наткнулся в Сети на следующее объявление: «В нашем новом коворкинге будем проводить митапы и брэйнштормы. А еще у нас есть супер медиарум для ливинг презентэйшн. Для бронирования использовать аутлук или пройти на рецепшн».

Можно, конечно, воспринять это как юмор, утрирование, но, к сожалению, это самая что ни на есть реальность, такое «эсперанто» уже стало нормой. 2026-й объявлен Годом единства народов России, а поскольку русский – это язык межнационального общения, связующая субстанция всех народов, – назрела необходимость подробнее остановиться на этой проблеме.

Что не так сегодня с русским языком? Вот мнения людей, которые в силу профессиональной деятельности непосредственно и глубоко – глубже других – связаны с языковой сферой.

Елена Криволапова, профессор, доктор филологических наук:

– Язык – это живой организм, он всегда реагирует на вызовы времени, поэтому впитывает в себя все основные тенденции общества, все его болезни. Основные проблемы, очень кратко. 1. Необоснованные заимствования, например, лук (модный образ), хейтер, абьюз, каршеринг и т.д. 2. Влияние интернет-коммуникаций, где наблюдается явное сближение письменной речи с разговорной. Это выражается в упрощении и сокращении слов: ок, норм, щас и т.д. О знаках препинания я вообще молчу. Изменение лексического значения слов, например, зашло, зашел (в смысле приятия/неприятия). 3. Обилие слов из молодежного и бытового сленга: зачетный, скиф, краш, трэш, кринж. 4. Все это в полной мере можно увидеть и услышать в наших СМИ. В то же время язык живет по своим собственным законам, и он сам решает, какие слова «выживут», а какие нет. Это покажет время.

Ирина Корсунская, поэт, прозаик, литературовед:

– То, что мы сегодня видим, иначе как деградацией не назовешь. Бытовая повседневная речь наводнена сленгом и самыми непотребными оборотами. Например, общаясь с соседями, особенно в домовом чате, я иногда вообще не понимаю, о чем они. Люди не владеют элементарными навыками культурной речи. Вместо нормальных слов молодежь употребляет сленговые либо неприличные заменители, и это становится нормой. И через слово – обсценная лексика (матюги, попросту говоря). О письменной речи и говорить больно. Чего стоит раздельное написание наречий: на лево, в кратце, на прямую, за просто. Еще и приставки стали раздельно писать: бес совестный, при дорожный, за речный; или же разбивают слово посередине: любо пытный… Повсюду пренебрежение дефисом в словах «как-то», «где-то», «когда-то», непонимание разницы между частицей «то» и местоимением «то». Слова распадаются на фрагменты, грамотность становится редкостью.

Анна Струкова, поэт, студентка Литературного института им. Горького:

– На мой взгляд, большая проблема заключается в том, что лексическое богатство русского языка переходит в пассивный языковой запас. Проще говоря, люди используют слишком мало слов для выражения своих мыслей. Да, это нормальное стремление – упрощать, делать слова короче или выбирать из нескольких вариантов более емкие и благозвучные. Совершенно нормально также появление неологизмов. И даже мат, как явление, нормален, если употреблен к месту и осознанно. Какие-то из этих слов приживаются и идут с нами из поколения в поколение. Какие-то остаются только, что называется, приметой времени. Но отсутствие практики говорения, именно живого говорения приводит к тому, что разговаривать много и разнообразно, используя слова для передачи тончайших ощущений и чувств, просто некогда. Без этой практики мы рискуем остаться с набором слов, умещающимся на стикерпаке: норм, ок, прив, класс, как дел, че дел.

Наш язык слишком красив и многообразен. Весь он, как на ладони, представляет с помощью словаря историю нашего государства и даже того, что было «до». И из-за этого вдвойне обидно подвергать эту красоту забвению. Иначе скоро придется расшифровывать оды Ломоносова как шумерские таблички.

Что ж, мнения наших экспертов вполне понятны, и возразить здесь, в принципе, нечего. Но с другой стороны нередко приходится слышать, что огромное количество слов в русском языке имеет иностранное происхождение. И потому это, мол, вполне нормальный и закономерный процесс. Но так ли это?

Да, действительно: язык – это огромный плавильный котел, и происходящие в нем процессы никогда не прекращаются. Мало кто догадывается, что такие слова, например, как грамота, тетрадь, свекла, фонарь, парус, палата, лента, являются заимствованными из древнегреческого, и проникли они еще в древнерусский язык.

В разные эпохи и различными путями прочно обосновались в русском языке тюркизмы (заимствования из татарского, турецкого и других родственных им языков). Их огромное количество, например: башмак, деньги, караул, базар, туман, колпак, лачуга, изюм, сундук, карий, алый. Заметен также финно-угорский след: камбала, корюшка, мамонт, мойва, морж, нерпа, пахтать, пельмени, пурга, тундра. Много, конечно, из латыни: комната, глобус, автор, литература, доктор, градус, кандидат, республика и др. А также – из современных европейских языков: немецкого, французского, английского, итальянского, польского…

Итого, языковая сфера очень подвижна и не терпит статики – это понятно! Вот только динамика и распад – процессы совершенно разные. Так же, как органичное заимствование и засорение. Что же их отличает?

Во-первых, временная протяженность. Органичное переваривание в котле – процесс длительный, обстоятельный. Когда же такой наплыв чужеродных слов совершается в одночасье – это не здорово!

Во-вторых, каждое заимствованное слово проходит поверку на необходимость: необходимо уяснить, насколько нужны эти слова. Вот, например, слово «магнитофон» появилось вместе с изобретением звукозаписывающего аппарата, и никаких вопросов здесь не возникнет. Никакой зацепки в сознании, никакого заусенца. Стало быть, показатель органичности: слово не должно царапать слух!

Как, например, происходит, когда слышишь: ресепшен. С английского оно переводится как «приемная». Есть еще синонимы: проходная, регистратура – слово иностранное, но органично вошедшее в русский язык. Зачем же нужно это совершенно не органичное для русского языка слово?

Или коворкинг – довелось как-то присутствовать на мероприятии, которое называлось этим словом, но представляло собой просто встречу с писателем. Поинтересовался, что же оно означает.

«Коворкинг (от англ. coworking, рус. – «сотрудничество») – совместное рабочее пространство, где люди из разных компаний или сфер деятельности могут работать рядом друг с другом. Они арендуют место на определенный срок и используют общие ресурсы: столы, стулья, интернет, принтеры и кухню».

В принципе здесь смысл ясен – и явление это новое. Но это ведь не встреча с писателем! То есть прежде чем применять слово, нужно понимать его смысл.

И мы логично приходим к выводу, что сегодня идет процесс не органичного заимствования, а именно засорения. В связи с беспрецедентными объемом информации и скоростью ее распространения, масштабной цифровизацией и другими обстоятельствами, язык как главное средство общения неизбежно претерпевает сущностные изменения. Меняются морфология, синтаксис и даже семантика. Все это – процессы объективные – затормозить или повернуть их вспять невозможно. Но если эти процессы оставлены на самотек, то последствия могут быть катастрофическими.

Так какой же выход и есть ли он вообще? Выход, как известно, есть всегда. Вот поток воды, река и в ней рыба. Но есть рыба живая, а есть дохлая. Так вот, нужно быть живой рыбой, не дохлой. Нужно двигаться не только вместе с течением, но и по собственной воле.

А в приложении к нашему случаю это означает, что надо больше читать, больше мыслить, больше двигаться, больше спорить. На всех уровнях, во всех сферах – сверху донизу. Поскольку движение (в данном случае движение мысли) – это жизнь. И при таком раскладе происходящие объективные процессы наполнятся разумом. У нас ведь русский язык – государственный, так и надо относиться к нему, как к государственному достоянию. Да, он живой, он не может не реагировать на все современные процессы, но это как взросление у подростков – поигрались, а потом, что называется, выдурились. С годами приходит понимание разности между сиюминутной модой и базовыми ценностями. Так и нам надо относиться к нашему языку. Слова-однодневки забудутся, а русский язык – великий, могучий, общий – останется для всех народов России основой, базой наших единых, общих жизненных ценностей и идеалов.

Олег КАЧМАРСКИЙ