Шедевры, спасённые из-под обстрелов

В эти дни в Москве в Пушкинском музее проходит выставка «Князья Барятинские. Искусство для наследников». Замирая перед портретами императоров кисти Антонио Виги и нежным ликом английской королевы Шарлотты работы Рамзея Аллена, столичные зрители даже не знают, что эти великие произведения уже не только шедевры искусства, но и такие же переселенцы, как тысячи курян. Буквально под грохот канонады увозили сотрудники краеведческого музея культурные ценности из районных филиалов. О том, как спасали историю курского приграничья, рассказала главный хранитель областного краеведческого музея Елена Алфёрова.

Предчувствуя беду

Тревожное решение зрело не в августе 2024-го, а гораздо раньше. Ещё в первой половине 2023 года администрация области выделила средства всем курским областным музеям на специальную транспортировочную тару и ящики, особую упаковку для эвакуации культурных ценностей. По Курской области искали безопасное место для размещения музейных культурных ценностей. Всё старались делать согласно нормативным требованиям, хотя, положа руку на сердце, эвакуацию музейных фондов (а это десятки тысяч ценных предметов) подготовить в спешке почти невозможно. Горький опыт 1941 года: часть коллекций закопали во дворе, часть увезли в Предуралье, и потери были немалые.

Приказ о перемещении самого ценного был подписан в июне 2024 года. В первую очередь спасали то, что требует особого учёта и безопасности: оружие, госнаграды, драгметаллы. Всего из восьми приграничных филиалов – Беловского, Глушковского, Кореневского, Суджанского, Рыльского, Льговского, музеев Асеева и Гайдара – было вывезено 14 946 предметов.

В страшные августовские дни 2024 года в первую очередь спасать пришлось сотрудников музеев. После начала вторжения ВСУ из приграничья были эвакуированы 55 сотрудников музеев.

– Размещали, обували и одевали сотрудников и членов их семей, – вспоминает Елена Алфёрова. – Люди выбегали из дому в тапочках и халатах, надеясь переждать очередную тревогу и вернуться. Но вернуться уже не пришлось.

Коллекция антов разорена

Скульптуры из Марьино встретились в Дворянском зале Курского музея

Суджанский музей… Когда начался ночной обстрел в Судже, спасать экспонаты было уже опасно. Часть коллекции ковров и костюмов, работы ученика Репина Петра Лихина успели перевезти в Курск заранее (сегодня в областном хранилище находится более 500 суджанских предметов). Но многое утрачено безвозвратно. Главный хранитель говорит: есть надежда, что предметы попросту украли солдаты ВСУ, и они где-то всплывут. Для музейного фонда РФ они потеряны, но, надеемся, не утрачены совсем. Объявлены в розыск, в том числе по линии Интерпола.

– Особенно жаль археологические коллекции антов, – говорит Елена Алфёрова. – Мы не успели поставить их на учёт, ещё шла научная обработка предметов вместе с сотрудниками музея археологии из Санкт-Петербурга. В социальных сетях распространились сообщения, что подобные археологические предметы появились на зарубежных антикварных рынках. Безусловно, эти артефакты древности представляют ценность для археологов, важны для научного исследования этого периода. Но как коллекция с большой долей вероятности они утрачены.

Здание Глушковского филиала, памятник культурного наследия, уничтожено прямым попаданием. Погиб фотодокументальный архив, подшивки районной газеты за десятки лет – летопись человеческих судеб целого района.

– Очень жалею, что нам не удалось вывезти газетный фонд, – признаётся Елена Леонидовна. – В районных изданиях – основная информация о людях, которые делали нашу историю и создавали производственные и культурные ценности. Спаси мы эти газеты, у нас был бы материал, с которым можно было бы работать для будущей экспозиции Глушковского музея. Надеемся, нам поможет Госархив Курской области и библиотека имени Асеева.

Знамёна Коренево

Пётр Великий временно посетил Курск

В Коренево враг не зашёл, но добраться туда долгое время было невозможно: слишком опасно. Музей остался без света, без отопления, с разорванными батареями. Внутри – отсыревшие экспонаты, газеты, фотографии, документы. Прошлым летом заведующей филиалом Светлане Румянцевой удалось приехать в посёлок. Директор зашла в музей, смогла разложить и высушить погибающие экспонаты. Но из-за частых прилётов вывезти их было невозможно. Отопления не было, в следующую зиму музейные предметы вновь отсырели. И хотя опасность прилётов по-прежнему велика, было принято решение переместить эти предметы в Курский краеведческий музей. Фотодокументы, газеты, учётную документацию вывезли добровольцы отряда «Барс».

От сырости пострадали картины – работы самодеятельного местного художника Николая Черенкова. В них – жизнь района. Сюжеты разные: трудная посевная военной весной: за плугом, в который впряжена корова, идёт молодая женщина. Сеять помогает маленький сын. А вот страшные годы оккупации: полицейский замахнулся на людей плёткой.

– Привезённые холсты с ослабевшим от сырости натяжением, – рассказывает хранитель. – Сырые музейные предметы документального и текстильного фондов мы пока не можем поместить в наши фондохранилища, потому что надо оценить состояние предметов, нет ли заражений. Такие предметы надо сушить медленно, в помещении с привычной для них влажностью. Это, конечно, не шедевры мирового значения, но это история Кореневского района. Для местных жителей они так же важны, как полотна великих мастеров. Надо приложить все силы, чтобы сберечь то, что удалось спасти.

Среди предметов, перевезённых из Коренево, – несколько знамён советского периода. Это знаковые предметы нашей истории. Мы их высушим, вычистим для новой экспозиции обновлённого Кореневского музея.

Сон Амура охранял «Барс»

Эвакуация из Рыльска

Рискуя жизнью, курские музейщики спасали предметы коллекции князей Барятинских из Марьинского дворца, хранящиеся в Рыльском музее. Те шедевры, что в эти дни временно украшают залы Пушкинского музея изобразительных искусств в Москве, ещё полгода назад сберегали от возможных прилётов в залах приграничного музея.

– Мы вывезли картины ещё в начале 2024 года, но мрамор достаточно долгое время оставался в Рыльске, – говорит Елена Алфёрова. – Это очень тяжёлый и в то же время хрупкий материал. Когда ранней осенью 2025 года прилёты снарядов были по Рыльску, пострадал один из домов рядом с музеем, медлить стало нельзя. Скульптуры спасти было архиважно, их несли на руках пять-шесть сотрудников областного музея, несли осторожно, несмотря на собственное самочувствие. В одну из последних поездок присоединились волонтёры, студенты Корпуса спасения, рыльские таможенники. Обращались со скульптурами как с драгоценностью. Не было никаких специальных ящиков. Только ветошь, ковры в несколько слоёв, наша знаменитая упаковочная «пупырка». В свободные углы кузова автомобиля сложили книги и документы из музейного собрания. Мы понимали, что, создавая коллекцию, Барятинские на подводах везли шедевры из Москвы, Петербурга, Европы! Мы не имели права это потерять.

Теперь мраморный «Спящий амур», тяжёлый «Диоген» и бюст Нерона работы Триппеля – в безопасности, в залах Курского областного краеведческого музея. А 12 предметов из коллекции Барятинских (среди них четыре картины из Рыльска, прошедшие сложнейшую реставрацию в ГОСНИИР, блистают на грандиозной выставке в Москве. Средства на реставрацию были выделены Пушкинским музеем изобразительных искусств, только реставрация портрета Петра I работы А. Виги обошлась в 4,5 миллиона рублей. Реставрация открыла новые тайны: работы Якоба Рооса оказались на полвека старше, чем считалось ранее.

– Скульптура «Диоген» была заказана князем Барятинским в Италии, говорят, что тёмные части мрамора – это детали скульптуры, созданной более двух тысяч лет назад, – рассказывает Елена Алфёрова. – В 1818 году итальянский художник восстановил скульптуру, добавив части из белого итальянского мрамора. Несколько дней назад сотрудники музея вывезли из Рыльска мраморный бюст римского императора Нерона – это конец XVIII века, работа Александра Триппеля. Будет представлена столичным зрителям ещё одна работа этого времени. Долгое время считали, что неизвестный скульптор создал из мрамора бюст римского императора Юлия Цезаря. Однако искусствоведы выяснили: это портрет Петера Августа Фридриха Гольштейн-Бека – тестя князя Барятинского.

«Спящий амур», как и многие другие, сохранился и попал в Рыльский музей благодаря Софье Репиной. Это работа неизвестного скульптора конца XVIII века. Маленький мальчик спит, положив левую руку под подушку, правой держит лук, к которому лентами привязаны цветы: лилии, ландыши, розы. «Амур» прекрасно сохранился. Спокойно расположился в дворянском зале областного музея и, наверное, видит сны о благополучном спасении и ждёт возвращения в ставший родным Рыльск.

«Венера» ждёт своего часа

Картины Якоба Рооса в Рыльске

Одну из скульптур из имения Барятинских удалось восстановить курскому скульптору Вячеславу Третьякову – сегодня она в коллекции Курского краеведческого музея. Сотрудники музея надеются, что он сможет восстановить и другие мраморные изваяния, которые скоро будут вывезены из Рыльска. Искусствоведы говорят, что они весьма ценны. Один из интереснейших экземпляров – обезглавленная «Венера на корточках».

– На рубеже XVIII и XIX веков такой тип скульптур был моден в салонах и дворцовых интерьерах, – продолжает Алфёрова. – Работа выполнена в начале XIX века в подражание скульптуре, созданной Дойдалсом из Вифинии (Малая Азия) во второй половине III в. до н.э. После войны руинированная «Венера на корточках» хранилась в подвале Рыльского музея. На старых кадрах кинохроники освобождения Рыльска во время Великой Отечественной войны мы видим эту скульптуру. Уже без головы – она лежит рядом. Мы не знаем, пострадала ли скульптура во время Великой Отечественной войны или её не пощадил 1918 год. Какое-то время ею подпирали лестницу. Будем искать недостающую часть в подвалах! Если не удастся найти, будем восстанавливать. Такие скульптуры есть в Лувре, в Ватикане. Думаю, «Венеру на корточках» мы восстановим, это один из шедевров коллекции Барятинских. Она сохранилась и на фотографиях, и на акварелях того периода – как раз в интерьерах дворца. Реставрацию мраморных фигур из Рыльска проведём своими силами. Конечно, потребуется время. Это кропотливая работа, она не терпит суеты. Как и всё в музейной тишине.

Планируют сотрудники музея вывезти и садовую скульптуру мальчика. К сожалению, она сильно испорчена. Её покрыли половой краской. Краску можно снять, но белым мрамор уже не будет.

Р. Лефевр. Портрет Анны Толстой с сыном Эмануилом

В экспозиционных залах Курского краеведческого музея и литературного музея сегодня размещены и другие предметы из коллекции Марьинского дворца: мебель, посуда.

Интересный экспонат – никогда не покидавшая Рыльск фарфоровая ваза. Сегодня мы и её можем увидеть в Курске. В орнаментальной композиции несколько сюжетов. Ваза немного пострадала, её обещают отреставрировать специалисты Всероссийского музея прикладного искусства в Москве. Впервые экспонируется и деревянный герб Барятинских.

Сейчас спасённые сокровища ждут, когда стихнет грохот снарядов и будут отремонтированы родные стены музеев. А пока шедевры останутся в Курске.

– Реставраторы, которые работали с картинами из Рыльска, категорически против возвращения предметов в местный музей. И дело не только в безопасности. Здание нуждается в реставрации. Оно совершенно не соответствует требованиям к хранению предметов высокой культурной ценности. Холстам более двухсот лет! Рыляне увидят шедевры, но не думаю, что это будет скоро. Работа по восстановлению здания предстоит сложная.

Очень хотелось бы провести в Курске выставку предметов из коллекции князей Барятинских, которые хранятся в Курском и Рыльском музеях, – говорит Елена Алфёрова. – В Москву мы отправили всего 12 предметов, а в трёх наших выставочных залах мы могли бы показать курянам всё, что хранится в наших залах и запасниках. Надеюсь, удастся включить в состав выставки видеосюжет, который поможет курянам познакомиться с многочисленными шедеврами удивительной выставки в Москве с участием 26 музеев нашей страны, в чьи коллекции переданы уникальные предметы из Марьино. Хочется показать всё величие княжеской коллекции.

Елена ГАМОВА
Фото автора и Курского областного краеведческого музея